Category: россия

Четверть века назад

а точнее сказать, в середине сентября 1994 года, я впервые в жизни пересек границу бывш. СССР, а точнее сказать, пространства, занимаемого территориями европейской части России и Украины. Направлялся я в США, где провел осенний семестр 94-95 учебного года -- три с половиной месяца, до конца декабря.

Служил я там визитором математического департамента Гарвардского университета на каком-то гранте для русских (или бывш. советских) ученых. Мне заплатили гигантские не только по моим тогдашним, но даже и по нынешним меркам деньги (что кажется особенно невероятным, если учесть, что у меня тогда даже не было степени Ph.D., которую я получил только в 1998), я съездил к друзьям и родственникам в Юту и в Калифорнию, и мы с Сашей В. сделали вот эту работу -- https://www.intlpress.com/site/pub/pages/journals/items/mrl/content/vols/0002/0006/a008/

А непосредственно перед отъездом в Штаты, на рубеже августа-сентября 1994 в Москве, я, напрягшись в русле приведения мыслей в порядок для подготовки к поездке, сделал эту работу -- https://arxiv.org/abs/alg-geom/9507014 . Я точно помню, когда это было, поскольку у меня осталось отчетливое воспоминание, что в процессе размышлений у меня очень сильно болела голова -- до такой степени, что я не смог, как тогда собирался, придти 1 сентября к 57-й школе.

Вернувшись в Москву на Новый год, я потерял чуть ли не месяц в неработоспособном состоянии из-за джетлага (с непривычки). Зато я привез себе домой из Америки новенький лазерный принтер Панасоник (так, кажется) -- в дополнение к компьютеру 486 DLC, который у меня был еще с начала 94 года. Потом я провел несколько весенне-летних месяцев, осваивая понятие точной категории, которое было мне нужно, чтобы заниматься мотивами с конечными коэффициентами (естественным продолжением сюжета работы с Сашей В., сделанной в Бостоне). А в сентябре 95 приехал в Гарвард снова -- на этот раз, уже в аспирантуру.

Ситуация в Москве

драматична, но обнадеживающей она отнюдь не выглядит, и обозримые перспективы представляются вполне безрадостными. То есть, скажем условно, если к 2025 году режим реально сменится и обстановка нормализуется, это будет очень даже неплохой результат. Да хоть бы и к 2030.

Выходящие на несанкционированные публичные акции в этих условиях -- герои; и разумеется, правда и справедливость всецело на их стороне. Но то, как обращаются с ними полиция и власти, гораздо более возмутительно, чем удивительно.

Интересная Москва

Ситуация с собаками в Москве, как имеющими хозяев, так и (в особенности) бродячими, на протяжении многих лет была самым болезненным для меня бытовым аспектом московской жизни. Теперь я живу в Праге. Конечно, собаки -- не главная причина, почему я решил уехать, но одна из важных.

https://www.facebook.com/InterestingMoscow/photos/a.537925746239805/2544720005560359
https://www.facebook.com/posic/posts/2840544709293678

Рубрика "творчество душевнобольных"

Смертный приговор себе от имени дьявола

Оригинальные документы июня-июля 1998 года из Бельмонта (вбито в компьютер с бумажных medical records, привезенных из Штатов, в Москве в 2004 году). Болью сердца написано, понятное дело, но в то же время можно заметить, что автор что-то такое себе имеет в виду:

http://posic.livejournal.com/1998/06/30/
http://posic.livejournal.com/1998/07/01/

Пересказ и комментарий марта 2012 года:

http://posic.livejournal.com/762361.html
http://posic.livejournal.com/762438.html

(no subject)

Время идет, хоть шути - не шути,
как морская волна, вдруг нахлынет и скроет.
Но погоди, это все впереди,
дай надышаться Москвою.

Мало прошел я дорогой земной,
что же рвешь ты не в срок пополам мое сердце?
Ну не спеши, это будет со мной,
ведь никуда мне не деться.

Видишь тот дом - там не гасят огня,
там друзья меня ждут не больным, не отпетым.
Ну не спеши, как же им без меня -
надо ведь думать об этом.

Дай мне напиться воды голубой,
придержи до поры и тоску, и усталость.
Ну потерпи, разочтемся с тобой -
я должником не останусь.

история вопроса

это Зло! я прочитал его письмена

(с) Леня Посицельский, весна 1997

------

David Kazhdan (Дима Каждан) = шекспировский Ричард III

он пытался меня убить неоднократно, на то Вам мое слово, делайте с ним (словом) что хотите, я могу ошибаться как и всякий живой человек (кстати, еще нескольких людей, список имен прилагается, он уже убил вполне успешно)

(с) Леня Посицельский, лето 1998

------

см. отчет о моем аресте в Hooksett Police Department (by walk from Manchester, New Hampshire) в июне 98 и medical records из short term (psychiatric) unit, Eliott Hospital, Manchester, NH в июне и McLean Hospital, Belmont, Massachusetts в июне-июле (кажется) 98. я заказал по Freedom of Information Act или как там все эти рекорды в том же году в Штатах и привез их с собой в Москву. в сентябре 2004 частично вбил в компьютер и вывесил в ЖЖ за 97-98 годы, остальное выбросил в мусор

Еще интереснее должны быть материалы судебного слушания в Бельмонте, после которого судья (совершенно замечательный - его звали Lynn, как мне смутно помнится, но могу ошибаться) постановил меня выпустить. адвокат моя мне очень помогла, ее зовут Diane McGarvey

------

в Москве в мае-августе 97 я лечился добровольно. записи могут быть или (вероятнее) не быть интересны с медицинской точки зрения, но мои мысли там если и представлены, то в максимально дефенсивной форме (как все это диссимулировать и говорить, что ничего особенного не случилось)

Как Украина не Россия - 1

Давно хотел записать; вот, наконец собрался. Выражаясь грубо, разница между Россией и Украиной бросается в глаза прежде всего в том, что в России изобилуют злобные ублюдки, а на Украине -- беззлобные идиоты.

Формулируя немудреную эту мысль более развернуто, можно сказать, что сравнительный уровень специальной технической квалификации работников в России (и в более русифицированных областях Украины) выше, чем в более украинских областях. Качество услуг в России выше, чем на Украине. Скажем, банковский сервис, по моему опыту, в Москве очень ощутимо удобнее, чем в Киеве.

Изобилие специалистов мирового или сверхмирового уровня в самых сложных областях знания и деятельности, максимально удаленных от обычной поведневности, от бытового опыта, требующих длительной учебы и упорной работы на протяжении жизни (таких как математика и т.п.) характерно для России и нехарактерно для Украины.

При этом украинцы живут свободнее и счастливее, там нет столь типичных для России униженности, запуганности и озлобленности. Статистика, которую (taki_net, что ли) недавно здесь постил, согласно которой на Восточной Украине уровень материального потребления намного выше, чем на Западной, а на Западной -- продолжительность жизни намного выше, чем на Восточной, в самом деле очень красноречива.

Европейцы проявляют меньше агрессии и негатива

[чем русские] даже при весьма крупных неприятностях -- http://m-elle.livejournal.com/298983.html

Да. И я здесь в этом смысле вполне себе местный житель. Адаптировался за 9 лет (прошедших со времени возвращения из Европы) к проживанию в Москве, нечего сказать. Впрочем, и раньше.

Патамушта так оно здесь происходит. Без агрессии и негатива не отбиться. Мы не настолько хороши, чтобы иметь приятную жизнь, далеко не. Потому-то, собственно, я и не в Европе.

Про контракогерентные (ко)пучки -- история вопроса

Яндекс подсказывает нам, что идея первый раз фиксируется в письменном виде в конце апреля 2009 (это, между прочим, за день до отъезда из Парижа в Москву). Формальная постановка задачи: Еще о контракогерентных пучках (начало мая 2009).

Подход, основанный на обобщении псевдокомпактных модулей Габриэля: Мечтая о контракогерентных пучках (январь 2010, плюс обсуждение в комментах). В июле 2010 выясняется, что этот подход не работает: Контракогерентные пучки -- ссылки (плюс апдейт).

Еще одна попытка: Продолжая мечтать о контракогерентных пучках (декабрь 2011). В постскриптуме замечание, что плоские/локально свободные контракогерентные пучки на инд-схеме можно определить самым банальным образом.

Наконец, меньше недели назад появляется нынешнее определение: Контракогерентные копучки. (Постфактум, определение совершенно очевидное, но это уж как всегда.)

В связи с подзамочным рассказом о советской армии

Напишу коротко о своих военных сборах летом после 4-го курса мехмата МГУ в 1992 году. Эти сборы
- продолжались один месяц, потому что я был прописан в Подмосковье; будь я прописан в Москве, я поехал бы на сборы на одну неделю
- проходили целиком на территории высшего военного училища в Пушкине, что под Петербургом
- никакой дедовщины, что бы под таковой ни понималось, там не было, и никакого рукоприкладства тоже
- самыми трудными физическими упражнениями были пробежки холодным летним утром (я, конечно, быстро переходил на шаг и отставал от своей группы, потом ее разыскивал) и сдача нормативов типа подтягиваний (я, конечно, не подтягивался -- меня слегка приподнимали за ноги, пока я держался за перекладину, и, видимо, писали, что я сдал норматив)
- нас возили на выходных на экскурсии смотреть достопримечательности в окрестностях города, от чего я в некоторых случаях отказывался, поскольку был простужен (см. выше про утренние пробежки), меня уговаривали, но я успешно настаивал на своем
- я отчетливо был самым особенным человеком в своей группе студентов мехмата; кто-то из моих одногрупников рассказывал однажды вечером после отбоя, что имел специальную беседу обо мне с нашими сержантами, с объяснениями, что со мной надо обращаться деликатно
- в отдельных случаях я прямо отказывался выполнять приказы, что имело последствием частную беседу с сержантом на отвлеченную тему о месте прохождения границ наших принципов и убеждений
- в другом случае я демонстративным поведением добивался, чтобы мне назначили внеочередной наряд, что имело последствием назначение внеочередного наряда
- в самовольные отлучки за пределы училища я не ходил, но другие студенты ходили регулярно

Короче, я думаю, что общую идею можно уловить из вышеизложенного. Тем не менее, этот месяц был в моей взрослой жизни абсолютно сингулярным, и впечатление осталось такое, что два таких месяца я бы не выдержал.

Почему? Потому что расписанный по минутам день без возможности самому решать, чем заняться, сам по себе представляет собой достаточную пытку для моей чувствительной натуры (на самом деле, я думаю, для кого угодно). В этом смысле наиболее характерным мне кажется эпизод, когда кто-то из офицеров объяснял кому-то из студентов, что на отлучку в туалет надо спрашивать разрешения (разумеется, я не спрашивал никаких таких разрешений, но само появление такой идеи раскрывает смысл ситуации).

При этом выходные были расписаны в гораздо меньшей степени, чем будние дни, но тем не менее. Я помню ощущение счастья от возможности совершать какие-то мелкие действия по своей инициативе, типа пойти купить себе булочку и самому выбрать, какую булочку я хочу себе сейчас купить. Аналогично -- с отладкой каких-то идиотских программ, которой нас трудоустраивали офицеры на некоторых занятиях -- это ж можно самому решать, в какие клавиши тыкать!

***

В день, когда все это закончилось и нас отпустили, я дошел пешком до железнодорожной станции, купил и выпил залпом бутылку пива (чего не проделывал никогда ни до, ни после -- помню ощущение внезапно и резко изменившегося мира вокруг меня), сел в электричку и поехал на вокзал менять свой билет до Москвы на более поздний в тот же день. Дальше -- гулять по Невскому и звонить по телефону А.М.В., а потом к нему в гости, беседовать про кошулевы алгебры.