Category: авиация

Category was added automatically. Read all entries about "авиация".

Гражданская авиация, 10-е годы 21 века

Выбросить в мусорный бак соки, йогурты, бутылку с питьевой водой. Снять брючный ремень (иной раз, так и обувь), вынуть монеты, мобильники, ключи, ноутбук. Принять положенную порцию просвечивающего излучения. Усесться в тесном салоне, послушать в сто первый раз инструкции про аварийные выходы, кислородные маски, плавательные жилеты. Пообщаться со стюардессой на предмет выключения мобильника, положения спинки кресла и столика (кому выпало место рядом с аварийным выходом, тем отдельная программа).

И полететь на высоте десять километров над зоной боевых действий, где ниже восьми километров правительство летать запретило, поскольку там его авиация бомбит позиции повстанцев, которые в ответ стреляют по ней ракетами земля-воздух, ну, просто чтобы не оставаться в долгу, ну, вы понимаете. И, собственно, не то, чтобы даже по правительственной авиации, а просто по всему, что видят в небе, поскольку, поди его разбери. Но до десяти километров оно не долетает, так что все окей. А, и вот им как раз из-за границы завезли очередную партию чего стреляет покрепче и летает подальше, да впрочем, они стащили этого в местной воинской части еще в июне, а, и вот уж надысь опробовали, фурычит так, нормалек. И обо всем этом, натурально, пишут в своих новостях обе стороны в красочных подробностях, с преогромнейшим удовольствием, хотя, конечно, все больше на этом своем тарабарском наречии, да и врут, небось, напропалую. Ну, инструкция-то у нас есть, правила разные, чеклист, все солидно.

И фигак.

Скажем, можно еще голову в песок засунуть, так и не заметишь, как ее тебе отрежут.

Нелепая штука трусость.

Коммент, увенчивающий дискуссию в Фейсбуке

"Леша, я тебе пришлю TeX-файл моей книжки. Будешь лететь в самолете -- переведешь ее на русский язык. Результат напечатаем в издательстве МЦНМО -- я автор, ты переводчик. Когда закончим с этим, не забудь еще потом EGA-SGA перевести. Лучше сразу на два языка -- русский и английский. Оба перевода выложи в Колхоз, пусть люди читают."

18.10.2013 0:36 -- Update: первый в жизни расфренд в Фейсбуке. По моей инициативе, конечно. (Слава Богу, не с тем человеком, которому адресован вышепроцитированный коммент...)

Самолет летит прямо в гору

Выхода нет. Это общая ситуация: его, выхода, никогда нет. Применительно ко мне, я имею в виду. Я прожил сорок лет, и на протяжении этого времени выхода не было, по крайней мере, в 3/4 случаев (цифра взята с потолка, естественно). Выхода не было и нет, но я до сих пор жив. Это единственное основание для надежды. Прожив как-то сорок лет, авось я как-нибудь проживу и сорок первый.

Нагрузка... расписание... журналы... рецензии... рекомендации... Бог с ними всеми. Делай что должно, и будь, что будет. Или, если не знаешь, что должно, делай, что можешь. Или, если не знаешь, что можешь, делай, что хочешь. В общем, делай что-то, пока есть силы, и находи опору в том, что ты делаешь. И в самом факте, что ты еще делаешь что-то.

Если на то будет воля Всевышнего, выход найдется.

P.S. А вообще, забавно. В отчаянии от перегрузки, непризнания профессиональным сообществом, обстановки на работе, финансовой ситуации -- я пишу постинг за постингом ЖЖ-шных черновиков к замысловатому рассуждению, которое предполагается вставить в непубликабельную статью, отчего она станет еще более непубликабельной. Никогда бы не подумал, что в зрелом возрасте меня ждет такая интересная жизнь.

Эмиратские впечатления: этнографическое

1. Хозяева очень гостеприимны (включая как организаторов конференции, так и местных жителей любого происхождения).

2. Самая характерная местная форма одежды: мужчины в белом, женщины в черном. У мужчин это такой белый балахон, платок на голове, зафиксированный сверху чем-то вроде черного двойного обруча, и сандалии на босу ногу. Это же и официальная форма одежды: пограничники в аэропорту все так одеты. Традицию покрывать голову объясняют климатическими обстоятельствами: солнце жаркое. Нередко можно видеть, как идут вместе, или сидят и беседуют, скажем, два мужчины: один в традиционной одежде, другой в европейской. У женщин в черном закрыты волосы и шея, но лицо открыто, в большинстве случаев. Многие из одетых таким образом женщин вполне веселы, решительны, и уверены в себе.

2а. Касательно пограничников в аэропорту: меня, как и многих других, послали делать сканирование глаза. Наверно, потому, что у меня биометрический паспорт.

3. Из всех возможных в Европе видов одежды я не видел среди приезжих только женщин в шортах или коротких юбках, или с глубокими декольте. Некоторые (немногие) из участников конференции ходили в шортах, я ходил в бриджах. В футболках ходили многие. Проблем в связи с этим не наблюдалось.

Письмо к А. Д.

Всё равно ты не слышишь, всё равно не услышишь ни слова,
всё равно я пишу, но как странно писать тебе снова,
но как странно опять совершать повторенье прощанья,
добрый вечер. Как странно вторгаться в молчанье.

Всё равно ты не слышишь, как опять здесь весна нарастает,
как чугунная птица с тех же самых деревьев слетает,
как свистят фонари, где в ночи ты одна проходила,
распускается день - там где ты в одиночку любила.

Я опять прохожу в том же светлом раю, где ты долго болела,
где в шестом этаже в этой бедной любви одиноко смелела,
там, где вновь на мосту собираются красной гурьбою
те трамваи, что всю твою жизнь торопливо неслись за тобою.

Боже мой! Всё равно, всё равно за тобой не угнаться,
всё равно никогда, всё равно никогда не подняться
над отчизной твоей, но дано увидать на прощанье,
над отчизной своей ты летишь в самолёте молчанья.

Добрый путь, добрый путь, возвращайся с деньгами и славой.
Добрый путь, добрый путь, о, как ты далека, Боже правый!
О куда ты спешишь, по бескрайней земле пробегая,
как здесь нету тебя! Ты как будто мертва, дорогая.

В этой новой стране непорочный асфальт под ногою,
твои руки и грудь - ты становишься смело другою,
в этой новой стране, там где ты обнимаешь и дышишь,
говоришь в микрофон, но на свете кого-то не слышишь.

Сохраняю твой лик, устремлённый на миг в безнадежность,
- безразличный тебе - за твою уходящую нежность,
за твою одинокость, за слепую твою однодумность,
за смятенье твоё, за твою молчаливую юность.

Всё, что ты обгоняешь, отстраняешь, проносишься мимо,
всё, что было и есть, всё, что будет тобою гонимо -
ночью, днём ли, зимою ли, летом, весною
и в осенних полях, - это всё остаётся со мною.

Принимаю твой дар, твой безвольный, бездумный подарок,
грех отмытый, чтоб жизнь распахнулась, как тысяча арок,
а быть может, сигнал - дружелюбный - о прожитой жизни,
чтоб не сбиться с пути на твоей невредимой отчизне.

До свиданья! Прощай! там не ты - это кто-то другая.
До свиданья, прощай! До свиданья, моя дорогая.
Отлетай, отплывай самолётом молчанья - в пространстве мгновенья,
кораблём забыванья - в широкое море забвенья.