Закрытие наук
Летом 2006 года Дмитрий Р. пригласил меня приехать к нему в Англию, заплатил мне (по моим тогдашним меркам) кучу денег из своего гранта, и решил мучившую меня тогда задачу. Вернее сказать, не столько даже решил (хотя и решил тоже), сколько меня научил ее решать. Впрочем, это была присказка.
Кроме всех перечисленных свершений, он еще рассказал мне про филдсовского лауреата Ефима З. В интерпретации Дмитрия, З. занимается тем, что закрывает науки. В смысле, приходит в какую-нибудь небольшую область математики, или точнее алгебры, и решает там основные открытые проблемы, после чего эту область можно считать закрытой. Так он сначала закрыл науку про Йордановы, что ли, алгебры, а впоследствии науку про ограниченную проблему Бернсайда закрыл.
Я в последние годы замечаю, как моя собственная деятельность -- не вся, но едва ли не бо'льшая часть ее -- сводится теперь тоже к закрытию наук, но в совсем другом смысле. "Закрытие" состоит не в решении открытых проблем (этим я не занимаюсь), но в резком повышении входного барьера.
Положим, наука про полубесконечные когомологии ассоциативных алгебр по состоянию на момент моего вмешательства представляла собой полный хаос, где утверждения в опубликованных статьях делились в основном на необоснованные, неверные и иррелевантные, что, впрочем, было неважно, поскольку важно было общее полное отсутствие понимания происходящего. Но по состоянию после моего вмешательства в этой науке имеется книга на под 400 страниц, где все объяснено и написано, да только вряд ли может быть прочитано. Один только взгляд на терминологический указатель должен повергать неподготовленного читателя в ужас, я полагаю.
В несколько меньшей степени, аналогичный эффект теперь достигнут в науке про матричные факторизации, где, как мне кажется, почти ничего уже невозможно осмысленно делать, не владея понятиями копроизводной категории и т.д. Впрочем, почти любые правильные определения можно обойти, было бы желание; чудеса эквилибристики на этой почве мы, я думаю, еще увидим.
А сейчас я, значит, с наукой про категории Фукаи пытаюсь то же самое проделать (т.е. не со всей этой наукой, конечно, а с одним аспектом ее).
Кроме всех перечисленных свершений, он еще рассказал мне про филдсовского лауреата Ефима З. В интерпретации Дмитрия, З. занимается тем, что закрывает науки. В смысле, приходит в какую-нибудь небольшую область математики, или точнее алгебры, и решает там основные открытые проблемы, после чего эту область можно считать закрытой. Так он сначала закрыл науку про Йордановы, что ли, алгебры, а впоследствии науку про ограниченную проблему Бернсайда закрыл.
Я в последние годы замечаю, как моя собственная деятельность -- не вся, но едва ли не бо'льшая часть ее -- сводится теперь тоже к закрытию наук, но в совсем другом смысле. "Закрытие" состоит не в решении открытых проблем (этим я не занимаюсь), но в резком повышении входного барьера.
Положим, наука про полубесконечные когомологии ассоциативных алгебр по состоянию на момент моего вмешательства представляла собой полный хаос, где утверждения в опубликованных статьях делились в основном на необоснованные, неверные и иррелевантные, что, впрочем, было неважно, поскольку важно было общее полное отсутствие понимания происходящего. Но по состоянию после моего вмешательства в этой науке имеется книга на под 400 страниц, где все объяснено и написано, да только вряд ли может быть прочитано. Один только взгляд на терминологический указатель должен повергать неподготовленного читателя в ужас, я полагаю.
В несколько меньшей степени, аналогичный эффект теперь достигнут в науке про матричные факторизации, где, как мне кажется, почти ничего уже невозможно осмысленно делать, не владея понятиями копроизводной категории и т.д. Впрочем, почти любые правильные определения можно обойти, было бы желание; чудеса эквилибристики на этой почве мы, я думаю, еще увидим.
А сейчас я, значит, с наукой про категории Фукаи пытаюсь то же самое проделать (т.е. не со всей этой наукой, конечно, а с одним аспектом ее).