December 16th, 2016

Неожиданное признание

Моя настоящая математическая научная специальность называется "военная математика". Она предназначена для того, чтобы об нее обломали свои зубы ценители высокотуманных разговоров ни о чем, правдоподобных умозаключений вместо отсутствующего понимания, поверхностно привлекательно выглядящих работ без настоящего содержания и прочие любители (как говорили в моем детстве) "себя в науке" (меж тем, как следует, учили нас, любить "науку в себе").

Стратагемы истерики в учреждениях

Вы загнаны обстоятельствами в угол -- у вас отвратительная работа, где вас, человека с живой душой, разумом и волей, окружают ничтожные, пустые, бессмысленные людишки, ведущие себя по отношению к вам, как дерьмо. Вы по уши в дерьме. Что тут можно сделать?

Литерализуйте эту метафору. Покажите этим людям себя в таком положении, в которое они вас в поставили -- в буквальном смысле слова. Удобнее всего это делать, если у вас нет отдельного офиса, а вместо этого вас посадили за столом в комнате, где сидят много сотрудников.

Обосритесь в своем кресле. Наложите полные штаны какашек. Лучше всего, наверное, просто выпить слабительное, а заявлять при этом -- что случился внезапный жидкий понос на нервной почве. Что-нибудь на этом уровне. (Вообще, при исполнении подобных стратагем можно врать, не стесняясь.)

***

Что за этим воспоследует? Похоже, что соответствующие варианты легко считаются. Подходящую по размерам новую одежду вашим сослуживцам быстро раздобыть для вас негде, даже если бы они были готовы куда-то бежать, раскошеливаться и проч. Нервно размазывая дерьмо по полу, столам, креслам и бумагам, вы проследуете в туалет, где продолжите нервно размазывать дерьмо по стенам и умывальникам.

В конечном итоге, наскоро замывшись, вы выйдете из стен родного заведения в одежде, заляпанной пятнами от дерьма и пахнущей дерьмом, и предстанете в таком виде перед глазами прохожих на улице. Из фешенебельного офиса солидного учреждения выбегает человек, перепачканный в дерьме. Это будет как раз подобающий символ вашего места работы -- чего оно на самом деле стоит.

Дальше вы поедете в таком виде домой в транспорте, и т.д. Если вам повезет, вся эта история попадет в газеты.

***

Есть ли у ваших сослуживцев хорошие ответные ходы? Понос не является ни правонарушением, ни сколько-нибудь серьезной болезнью. Если вас уволят после того, как вы обосретесь на работе -- вы просто напишете об этом в интернете.

Мол, работала я в конторе XYZ, случилось со мной на нервной почве от того, что со мной плохо обращались сотрудники и начальство, а они меня за это уволили. Назовете настоящие имена ваших противников и вымышленные вами подробности обстоятельств дела.

Вашим противникам останется ходить по всему свету и объяснять, что вы обосрались у них на работе не при таких обстоятельствах, а вовсе даже при других. Занимаясь этим, они будут лишь только еще сильнее обмазывать себя дерьмом.

***

Дерьму -- дерьмо!

Любимое стихотворение

За гремучую доблесть грядущих веков,
За высокое племя людей -
Я лишился и чаши на пире отцов,
И веселья, и чести своей.

Мне на плечи кидается век-волкодав,
Но не волк я по крови своей:
Запихай меня лучше, как шапку, в рукав
Жаркой шубы сибирских степей.

Чтоб не видеть ни труса, ни хлипкой грязцы,
Ни кровавых костей в колесе;
Чтоб сияли всю ночь голубые песцы
Мне в своей первобытной красе.

Уведи меня в ночь, где течет Енисей
И сосна до звезды достает,
Потому что не волк я по крови своей
И меня только равный убьет.

Михаил Щербаков

http://pleer.com/tracks/11848414JM98

Неужели свершилось? Вместо пятен возникли черты.
Всё, что зря копошилось, отрешилось от всякой тщеты.
Что ворочалось втуне, поразительно как расцвело.
Ведь ещё накануне совсем не могло.

А сегодня свершилось — бытие обрело колею
и тщета сокрушилась под своею же тяжестию.
И не верится даже, как подумаешь — только же что,
ну, буквально вчера же всё было не то.

А ведь было печально и вчера, и неделю назад.
Не везло капитально, несмотря на размах и азарт.
Уж какие, казалось, карты-козыри шли в переброс,
но игра не вязалась и проигрыш рос.

По колено в сумбуре то Минфин буксовал, то Минздрав,
в оборонной структуре не умели запомнить устав,
а структура надзора, подшивая к доносу донос,
от стыда и позора терялась до слёз.

Через дыры в кордоне утекал образованный слой,
через дыры в озоне атмосфера сочилась долой,
через дыры в законе плутовство умножалось везде,
потому что ничто не держалось в узде.

Населенье дичало, культтовары пылились лежмя,
никого не прельщала поутру по морозцу лыжня,
никому на закате не хотелось к реке с камышом,
не рыдалось во МХАТе, не млелось в Большом.

У танцовщика танцы вытанцовывались не вполне,
у рифмовщика стансы зарифмовывались тоже не,
виртуозу кларнета без отрады дуделось в дуду,
потому что не это имелось в виду.

Кружевные строенья заслоняла панельная муть,
с колеса обозренья прямо не на что было взглянуть,
а когда и случалось приманить пассажиров с детьми,
колесо не включалось, хоть до ночи жми.

А сегодня включилось, неподвижное всё завелось
и всему научилось, и вовсю этим всем занялось,
буксовать перестало, ощутило подспудный ресурс
и само угадало спасительный курс.

Разогнулся гвардеец, приосанился доктор наук,
просиял земледелец и налёг по-хозяйски на плуг,
подскочил архитектор — и бегом рисовать капитель,
обозначился вектор, наметилась цель.

Отыгрался картёжник, залаталась лазурная высь,
богослов и безбожник у костра над рекой обнялись,
а карающий орган, уловив надлежащий сигнал,
отвечает с восторгом, что так он и знал.

Снова стансы и танцы украшают собою дворы,
где на лавочках старцы не сварливы при том, что мудры.
А в потёмках подвальных молодняк не плюёт, не галдит,
потому что в читальных он залах сидит.

Всё послушалось правил, полюбило равняться во фрунт.
По звонку повар Павел кипятит в чугуне сухофрукт.
По гудку повар Пётр в макароны кладёт маргарин.
На кордонах досмотр, в Большом — "Лоэнгрин".

И, оставшись без места, одиноко скулит и снуёт
выражатель протеста, беспокойный поборник свобод.
Больше не с кем бороться, не в долгу он теперь ни в каком,
а ему всё неймётся побыть должником.

Он казнится, томится, уверяет, что честь на кону,
и долги он стремится возвратить неизвестно кому.
Делом, раз уж не данью, заплатить, попотеть для людей.
Да иди же ты в баню, плати и потей.

В банях нынче опрятно, там приватно займутся тобой.
Там как раз не бесплатно и напитки, и сервис любой.
Там к очищенной водке ты в нагрузку получишь массаж,
и кредитка красотке уйдёт за корсаж.

Может хоть под парами усомнишься в апломбе былом.
Ты искал за горами, а успех невзначай за углом.
И найти очень просто, даже если к Москве не привык:
до Кузнецкого моста, а там напрямик.

Поздравляю, свершилось, и об этом повсюду и сплошь,
проявляя решимость, извещаю господ и госпож.
Пусть они по цепочке остальным сообщат господам.
Прилагаю цветочки, курю фимиам, припадаю к стопам.

http://posic.livejournal.com/1121297.html