Лёня Посицельский (posic) wrote,
Лёня Посицельский
posic

Ландшафты звездные и горные (нагромождение метафор)

Математика, она как должна быть устроена? Как сетка. В каждом узле сидит по человечку, поддерживающему контакт с человечками в соседних узлах. У которых узлов побольше соседей -- те более важные, в каком-то там смысле (таков один из критериев).

Или, если угодно, как горная страна. В каждой долине лежит аул, где путешественнику расскажут местные новости и проводят до тропы на перевал, ведущий в соседнюю долину.

А что вместо этого происходит? Происходит дерево, оно же разбегающиеся галактики. У математика Икс десять учеников, каждому из них он выдал по задаче. Получив у Икса свою задачу, математик Игрек-эн (где эн от одного до десяти) всю жизнь занимается этой задачей и тем, что из нее вытекает. У математика Игрек-эн, в свою очередь, тоже десять учеников. Каждый из них получает по задаче, являющейся одним из возможных развитий задачи, которой занимался Игрек-эн. Получив у Игрек-эн свою задачу, математик Зет-эн-эм (где эм от одного до десяти) всю жизнь занимается... и так далее.

Если ближайший общий предок математиков А и Бе был пятью уровнями вверх по дереву (что значит, что он давно уже умер и все его непосредственные ученики тоже умерли), то никакой связи между занятиями А и Бе не существует. Между ними лежит пустота; что там происходит -- Бог весть. Может быть, математик Игрек-восемь не поставил в свое время никому из своих учеников какую-то важную задачу. Не подумал о ней, упустил. Исправить это теперь уже нельзя, все, проехали. То, что могло бы стать галактикой, превратилось в пространство неосвещенной, темной материи, разъединяющее собою то, что его окружает.

Почему так? Потому что "научному руководителю виднее, какую задачу аспирант сможет решить за достаточно разумное время, чтобы его карьера не пострадала".

Математикам становится тоскливо от жизни такой, и они начинают брать пример с физиков, работающих в режиме гигантского резонанса. То есть, кидаются в противоположную крайность. Кому-то из математиков дают филдсовскую премию, он провозглашает какую-то программу, и обитатели десятков и сотен удаленных звезд дезертируют со своих позиций, бросают все, чем до сих пор занимались, и наваливаются шумной, бестолковой толпой на очередной перепиаренный проект очередной знаменитости, чтобы потом бросить и его и побежать куда-нибудь еще.

А как надо? А надо, еще раз, как сетка. Или как горная страна. См. выше.

А как этого добиться? А я не знаю. Мои мои родители завещали мне "любить не себя в науке, а науку в себе", но что это значит, пусть каждый понимает по своему.

Я делаю -- как по факту выяснилось теперь, когда жизнь, в сущности, уже прожита -- так: выбираю, какая из окружающих гор мне больше других нравится, и пытаюсь взобраться на вершину. Обычно это какая-нибудь непопулярная среди других математиков гора, но такая, про которую мне почему-то верится, что когда я взберусь на нее, мне откроется такое, чего с другой горы не увидишь. Иногда это подтверждается, иногда нет. В первом случае, может открыться, например, вид на гору, о самом существовании которой никто, кроме меня, не подозревает, -- и мне хочется взобраться и на нее тоже.

После нескольких итераций обнаруживается, что я перевалил через хребет и перебрался из московской гомологической алгебры в пражско-падуйскую, например. Теперь между ними уже не пустота, а тропинка.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 8 comments