Лёня Посицельский (posic) wrote,
Лёня Посицельский
posic

Categories:

Интервью Сутягина на сайте Страна.ру

http://www.strana.ru/stories/01/07/19/943/217360.html

Историк Игорь Сутягин, осужденный за шпионаж на 15 лет, дал интервью Стране.Ru. Ответы на заданные вопросы ему он надиктовал своим адвокатам. Некоторые ответы Сутягина редакции показались достаточно спорными, и чтобы материал не выглядел однобоко, мы обратились в ФСБ, которая и вела следствие по этому делу, с просьбой прокомментировать ход процесса и те обстоятельства, которые, по мнению Сутягина, говорят о его невиновности. В спецслужбу были направлены ровно те же вопросы, что и находящемуся в тюрьме.Игорю Сутягину. Однако эксперты ФСБ от комментариев отказались.


- Расскажите, пожалуйста, как вы познакомились с Киддом и Локком, сколько раз вы встречались с ними, каким образом общались с ними? Насколько дружеские у вас были с ними отношения? Какое впечатление они произвели на вас? Как долго продолжалось ваше сотрудничество и на каких условиях? Какая сумма была вам выплачена? Были ли ваши отношения оформлены контрактом?

- Ого, сколько вопросов сразу! Давайте по порядку: с Киддом я познакомился в феврале 1998 года. на конференции в Бирмингемском университете, потом в мае заключил с ним контракт - free-lanse, обменялись письмами о намерениях. Я так пять раз в Европе и Штатах контракт заключал. По контракту я собирал для фирмы Кидда «Alternative futures» публикации из открытой прессы, нашей и зарубежной, причем конкретную тематику обзоров выбирал я сам. Кидд платил мне сперва 700, а затем, где-то с зимы-весны 1999-го, 1000 фунтов в месяц (водителю автобуса в Лондоне платят 1800 фунтов в месяц). Сотрудничество мое с AF продолжалось до октября 1999, когда калужские чекисты пригласили меня «побеседовать». Точную сумму заработанного я уже и не помню, но на две однокомнатные квартиры для родителей супруги и брата (это 19 тыс. долларов, и по ряду причин мне важно было купить их одновременно) я, даже совместно с гонорарами за мои книги, накопить не успел. За все время я встретился с Киддом и его сотрудницей Локк 9 раз, считая и знакомство в феврале 98-го, и подготовил обзоры по 69 темам.

В материалах уголовного дела можно найти заключения экспертов, которые сделали выводы, что сведения по всем этим темам секретами не являются и получены из открытых источников, в 64 случаях следствие с этим согласилось. По пяти темам есть заключение экспертов, что сведения являются секретными, и следствие с такими выводами согласилось, несмотря на то, что, как я уже сказал, имеются заключения, что и по этим 5 темам сведения не секретны.

По делам фирмы Кидд много ездил по Европе, и мы встречались с ним в тех странах, где в этот момент он находился (ему дешевле было оплатить авиабилет и средненькую гостиницу для меня, чем для себя номер в Москве, где, как известно, цены в хороших гостиницах очень высоки). В промежутках между встречами и перед очередной поездкой я обычно звонил Кидду или Локк, и в деле представлены факты о 27-и только моих звонках, звонил мне домой и Кидд. Одним из признаков якобы «враждебной деятельности» Кидда и Локк следствие указывает на то, что они, по мнению ФСБ, «запретили» мне связываться с ними по телефону. А как же тогда 27 звонков?

Уже где-то с лета-осени 98-го я возил на встречи оригиналы статей, из которых я брал информацию - англичане делали с них ксерокопии. Господи, если они американские разведчики, как говорит ФСБ, ну зачем им ксерокопии наших, да еще иногда и американских газет?!

Отношения с англичанами я старался поддерживать в деловых рамках. Кидд, вообще-то, был дружелюбным, познакомил с женой Амандой, дважды мы сходили с ним в Лондоне в театр на «Призрак оперы» и «Отверженных» Гюго. Он знал, что я хочу приехать в Лондон с семьей, звал остановиться у него в доме, но я мягко оказался. Локк была холодно-суховатой.

- Следили ли вы за тем, чтобы среди передаваемых вами материалов не оказались сведения составляющие гостайну или могущие причинить вред государству?

- Видите ли, определить, что является гостайной, а что нет, обычным людям самостоятельно невозможно. Например, по п. 56 Перечня сведений, отнесенных к государственной тайне, к ней относятся «способы определения подлинности банкнот Банка России». Вот и скажите, значит ли это, что те плакаты о новых рублях и способы определения их подлинности, которыми обклеены все сберкассы, составляют гостайну?

Был тут один эпизод в суде - адвокаты представили ответ технического совета корпорации МиГ о том, что в статье о МиГ - 29 СМТ, с которой я познакомил англичан, данные о МиГе не соответствуют его истинным характеристикам и потому не являются гостайной. На это прокурор заявил, что даже техсовет корпорации МиГ не компетентен определить, что тайна по самолетам МиГ, которые они выпускают, а что нет, тут нужны специально обученные эксперты!

Если же серьезно, то я выполнял контракт на подготовку обзоров открытых публикаций и всегда строго следил, чтобы ни на шаг не выйти за пределы информации, полученной из этих открытых публикаций. По определению, в газетах гостайны нет. То, что напечатано в газетах, получено из них, уже не тайна, это становится известно всем. Одновременно я считал и считаю, что вреда нашей стране тем, что иностранцы ознакомятся с публикуемой в наших и зарубежных газетах информации, причинить нельзя. Вот за этим я всегда следил очень строго и ни разу не уклонился от этого принципа.

- Каким образом Локк и Кидд объясняли свой интерес к российским вооружениям?

- А что, они разве ими интересовались? Вы мне расскажите, а то я-то совсем другое знаю: лично мне Локк намекала, что хорошо бы уменьшить число обзоров с «вооруженческим» уклоном. Кидд так и прямо заявил, что вообще-то военная фактура нас меньше интересует, надо бы мол выправить крен и больше заниматься экономическими аспектами. Не в плане учетных ставок и банковских кредитов, - по этому направлению у Кидда в Москве работал другой человек, которого, кстати, за сотрудничество с AF в шпионаже никто не обвиняет, - но все же в плане экспортной привлекательности тех или иных программ оборонки. Да вы спросите у А. Пиманова, на тех записях из моего дела, которые он так увлеченно крутит в своей передаче, это все есть!

Тут надо сказать, что фирма AF - консалтинговая фирма, вырабатывающая для своих клиентов рекомендации по вложению денег в предприятия фармацевтической, нефтехимической и оборонной промышленности с учетом политических рисков, которые имеются в стране. А то вложишь средства в нашу необъятную и непредсказуемую страну, а денежки-то и тю-тю!

Я к контракту с AF относился как к подработке, всю душу не вкладывал, т.е. относился как к банальной халтуре, хоть и высокооплачиваемой, потому-то и гнал им то, что мне было проще. А проще всего мне - я ведь не экономист, - было пользоваться собранным за 10-летия архивом публикаций по военной тематике, щедро вливая эти статьи в обзоры с одной-двумя свежими публикациями, а то и без оных. Т. е. действия политических факторов я иллюстрировал преимущественно примерами из военно-политической области. Отсюда и появились вмененные мне в вину обзоры о стратегических силах и Системе предупреждения о ракетном нападении. Это уже потом ФСБ из моих «политических» обзоров все исследуемые факторы и риски выкинули, оставив лишь одну иллюстративную часть, и теперь пытаются представить дело так, будто бы это и был интерес англичан. Да вовсе нет - о том-то Кидд и говорил, а я о его словах ФСБ поведал.

Ну, а экспортно-привлекательные программы я брал из публикаций в открытой прессе об оборонпроме, потому что англичане в этой сфере работают и потому что в фармацевтике и нефтехимии, извините, не силен. А без экспорта зачем же иностранцу деньги в нашу оборонку вкладывать - на гос.заказе особо не разбогатеешь, раз его годами не платят - речь идет о 90-х годах! Но и здесь поправочка. В моем деле чисто «экономические» темы составляют огромный кусок: тут вам и объем производства электроэнергии ДнепроГЭСа на Украине, и проблемы с выпусками «Таврий» в Запорожье, и налаживание по лицензии («Simens AG») производства приемников цифрового вещания на заводе «Калугаприбор». Это просто ФСБ такое неудобное обстоятельство в моем деле стыдливо сняла из обвинения. А то неловко как-то получается: они тут про американскую военную разведку трезвонят, и вдруг «секреты» выпуска «Запорожцев».

- Как бы вы поступили, если бы поняли, что вас пытаются завербовать?

- Либо сразу отказался бы, либо тут же отправился бы к контрразведчикам, чтобы дать им возможность воспользоваться шансом для своей тонкой оперативной игры. Правда теперь по поводу второго варианта я бы раз 20 подумал. Теперь-то я уже точно знаю, что за неумением ловить настоящих шпионов и террористов чекситы всякую попытку оказать им помощь в их действительно очень нелегком труде карают пятнадцатью годами лагерей, как в моем случае или двадцатью, как в случае Заремы Мужахоевой. Совершенно точно одно - против своей страны работать я ни за что не стал бы.

- Пытались ли Локк или Кидд связаться с вашей семьей после Вашего ареста? Пытались ли вы связаться с ними? Оказывалась ими какая-либо материальная поддержка вашей семье после ареста?

- Из протокола судебного заседания следует, что, по словам прокурора, Кидд и Локк были бы арестованы даже не в суде, а в аэропорту, если бы приехали дать показания в мою защиту в суде. Поэтому вполне понятен их инстинкт самосохранения: зачем им на рожон лезть и ставить свою судьбу в зависимость от решения наших властей? А мою семью, между прочим, материально поддержали мои адвокаты и правозащитники. За это я им очень благодарен.

- Игорь, следствие утверждает, что вы знали о том, что Локк и Кидд были представителями американской разведки. За то время, что вы общались с ними у вас не возникало подозрение, что они занимаются шпионажем, что они разведчики?

- Извините, что прерываю Вас, хотел спросить: а ФСБ еще не расформировали? За ненадобностью? А то если я, физик по первому образованию, и историк по второму, могу, несколько раз увидев иностранцев, точно определить, что они американская разведка, зачем тогда держать многотысячную армию контрразведчиков, когда без них граждане прекрасно чужих шпионов распознавать способны? И целая, так называемая контрразведывательная наука, тоже выходит лишь кормушка для бездельников, гордо зовущих себя чекистами? Слушайте, а вдруг те, кто говорит, что Сутягин знал про разведку, и правда не понимают, что такими речами выставляют дураками все ФСБ?

Может лучше не идти против здравого смысла и все-таки согласиться, что опознание в иностранцах разведчиков - это в самом деле работа не самая простая и требующая очень специфических знаний? Вот и эксперт ФСБ как раз по моему делу пояснил: «Чтобы дать достоверный ответ на поставленный вопрос о принадлежности Кидда и Локк к разведке нужно обладать специальными знаниями в этой области». Также эксперт пояснил, что вряд ли бы взялся за эту экспертизу один, так как не уверен был, хватит ли опыта, но совокупность усилий трех экспертов позволила взяться за это исследование. И это говорил полковник ФСБ, к тому времени служащий в контрразведке 36 лет, а общий стаж контрразведывательной деятельности всех троих экспертов - 72 года. Да я жил-то до встречи с Киддом вдвое меньше! У меня ни опыта, ни знаний экспертов, так что ну никак я не мог «достоверно ответить» хотя бы для себя, разведчики Кидд и Локк или нет. И кто утверждает обратное, думаю, либо кривит душой, либо бредит.

Тем более, что упомянутые трое ассов в контрразведке полных 8 месяцев изучали то, что я знал о Кидде и Локк, а также изучали неизвестные мне результаты 32-х оперативно-розыскных мероприятий, проведенных 14-ю организациями, включая Интерпол и почему-то полицию штата Вирджиния (США). В итоге они не смогли прийти к однозначному выводу о том, кто такие Кидд и Локк. А были трое экспертов - даже не просто оперработники, а ведущие сотрудники Научно-исследовательского центра ФСБ РФ во главе с заместителем начальника центра по научно -контрразведывательной работе, доктором наук. А вы говорите, я знал! Да нечего и знать-то было.

Что же до второй части вашего вопроса.. Подозрительность по отношению к иностранцам вообще в нас воспитана была еще советской властью, а я человек вполне советский, так что вспышки такой подозрительности были и у меня, но тем тщательнее я следил за тем, чтобы ничего, кроме основанной на газетах информации в наших беседах не фигурировало. Кроме того, в процессе нашего с ними общения, мои подозрения не подтверждались, их поведение соответствовало деятельности бизнесменов. Но вот подозрений, что получение от меня опубликованной в газетах информации может быть с их и с моей стороны шпионажем, у меня не возникало никогда. А вы считаете, что это похоже на шпионаж - шпионаж в форме чтения газет? По-моему бред какой-то.

- Считаете ли вы их сейчас разведчиками?

- А что мне считать. Тот самый доктор контрразведывательных наук на суде в Калуге прямо объяснил, что прямых признаков, что Кидд и Локк являются кадровыми разведчиками или агентами, нет. Я и не спорю со специалистами. Тем более, что он указал еще и 14 признаков, свидетельствующих, что Кидд и Локк просто не могут быть разведчиками. Думаю, вас не удивляет, что следствие и прокуратура сделали все, чтобы этот полковник ФСБ не давал показаний на суде в Москве?

- Как вы можете объяснить тот факт, что следствие не пыталось связаться с Киддом или с Локк, хотя вы передали их адреса ФСБ?

- Вообще-то об этом лучше спрашивать следствие, а не меня. Тем более, что связываться с ними, похоже, связывались. В деле есть, например, визитка Кидда с его автографом, которой не было у меня, документы из фирмы AF - их рекламный буклет, который лично я отослал в Англию, также описание предпочтений Локк в одежде, а Кидда - в ювелирных украшениях, которые мне попросту неизвестны. Другое дело, что на официальный запрос Калужского УФСБ РФ в Москву с просьбой посодействовать в официальном оформлении допроса Кидда и Локк от руководства УФСБ РФ последовал ответ о том, что допрашивать их нецелесообразно. Вероятно, по тем же причинам, по которым идея исследовать на полиграфе моментально испарилась, как только после такого предложения я тут же с готовностью согласился. Не входило, видимо, в задачи следствия чересчур убедительное закрепление правды по этому делу.

- Почему вы сразу же не обратились за помощью к адвокатам, когда вас первый раз вызвали в УФСБ, на каком основании вас продержали там три дня, не пытались ли вы уйти или связаться с семьей? Как с вами обращались?

- По действовавшему на тот момент УПК для участия в «беседах» с операми ФСБ и при допросе в качестве свидетеля человек не мог обратиться к адвокатам. К концу рабочего дня 27.10.99, когда пришло время идти домой, мне было заявлено: «Ты, конечно, можешь попытаться уйти, но мы тебе не советуем», - что звучало убедительно, если учесть, что меня постоянно караулили 2 вооруженных офицера. Теперь люди из госбезопасности утверждают, что я сам попросил укрыть меня в отделе ФСБ от жены, пока мне не предъявят обвинение и не увезут в СИЗО. Интересно, они сами-то в это верят? Оценку основаниям для моего задержания в первые три дня в ФСБ дал в суде в Калуге первый заместитель прокурора Калужской области, просивший вынести частное определение в адрес следствия «по факту незаконного задержания Сутягина в период 20.10 - 29.10. 99». Правда, дело так и не возбудили и частное определение не вынесли.

- Не считаете ли вы, что ваше поведение, ваши откровенные признания помогли ФСБ добиться обвинительного приговора? Расскажите, пожалуйста, про ту видеозапись, на которой вы якобы делали признание?

- Да вообще-то все дело было возбуждено на основании моих слов - и никаких других доказательств передачи мною Кидду обзоров прессы за все четыре с половиной года, что шли следствие и суд, так и не добыто. Интересно, почему они так безоговорочно верят мне, что даже не перепроверяют?! И если так верят в это, почему не верят в другое, что измены не было? Я ведь всегда был убежден, что не делал ничего противозаконного, и вот с готовностью стал помогать ФСБ убедиться в этом, разобраться в возникших у них сомнениях. Разобраться не захотели, зачем, если это только мешает 15 лет лагерей дать? Как там у Пушкина: «его пример - другим наука». Граждане помогайте органам безопасности разобраться в возникших у них сомнениях!

Что касается видеозаписей и признаний. Однажды начальник пресс-службы Калужского управления ФСБ попросил меня помочь ему в создании фильма, который, по его словам, «помог бы предостеречь наших сограждан от рискованных контактов с иностранцами». Для этого он три дня инструктировал мня, а затем попросил порассуждать о том, могли ли Кидд и Локк быть разведчиками. Когда тебя под конвоем приводят к подполковнику -сложно ему отказать, тем более, что и не видно в этом ничего криминального. Что ж, «рассуждать» - это тоже представляют как мое «признание». Между прочим, в ходе этой записи, подполковник, автор этой съемки, сделал вывод, что я воспринимал Кидда и Локк как бизнесменов. Жаль, что этот отрывок по ТВ не показывают, для объективности , хотя бы.

- Предлагало ли вам следствие пойти на сделку и в обмен на признание вины закрыть дело или снизить срок наказания?

- Еще в Калуге полковник с героической фамилией офицера и поэта начала 19 в. предлагал мне: «Напиши чистосердечное признание! Тебе дадут реальное лишение свободы, но уже через полгода, ты не сомневайся, Патрушев (директор ФСБ) сам напишет прошение о помиловании». Наверное, это было выгодной сделкой. Вы думаете, стоило соглашаться? Правда, мне так и не понятно, в чем же мне надо признаться, если я не совершал преступление?!

- Как вы считаете, оказывало следствие давление на суд?

- Думаю, это, скорее, было не следствие - другие элементы ФСБ. Что касается давления, судите сами: присяжным представляют доказательства - вырезки из газет, оригиналы, собранных с октября 89 по ноябрь 97-го, т.е. от трех месяцев до восьми лет до знакомства с Киддом, а потом просят ответить на вопрос - доказано ли, что эти сведения Сутягин собирал в период с 24.06 по 15.09 98 по заданию Кидда, с целью передачи и передал их ему? И присяжные отвечают: «Да, доказано. Единогласно». Как думаете, нормальные люди такой ответ без внешнего воздействия дадут? Конечно, если считать, что изначально они были людьми непредвзятыми и честными.

- Чем вы можете объяснить столь суровое судебное решение?

- Вообще-то, откровенно говоря, это немного смахивает на отчаянный жест растерянных и неуверенных в себе людей. По-настоящему сильная организация не боится признаваться в ошибках - признание собственных ошибок только выдает спокойную уверенность специалистов своего дела: ну что же, не правы мы, но не пытаемся трусливо маскировать свою ошибку под правоту, стыдиться нам нечего, ведь все-таки разобрались. А со мной все по-другому - 15 лет лагерей. Отыгрались, по-видимому, за все прежние неудачи, включая оправдание Данилова в Красноярске, и за отказ обливать себя грязью, за отказ безоговорочно соглашаться с откровенно абсурдным обвинением, за упорство в доказывании правды. Отыгрались, ничего не поделаешь, остается только дальше бороться!

- Надеетесь ли вы на оправдательный приговор или считаете, что все уже предрешено? Вы будете просить о помиловании, если кассационная инстанция оставит решение Мосгорсуда в силе?

- Вы знаете, если прокуратура, следствие, суд, достаточно уверены в себе для того, чтобы не бояться признавать ошибки, то оправдание возможно. В конце концов, по приговору-то признано, что все мои сведения собраны и переданы из открытых источников, а это даже по постановлению следствия ФСБ не является преступлением. Проблема в том, хватит ли у прокуратуры, следствия, Верховного Суда уверенности в себе - этого я не знаю. Тут ведь еще и Президент говорит, что «прокуроры должны отвечать за обоснованность предъявленных обвинений». Кому же охота ее нести, признавая их необоснованность! Я -то до конца буду пытаться доказать свою невиновность!

- Пытаетесь ли вы работать в тюрьме?

- Работаю по возможности. Вот написал для Института США и Канады 13 исследовательских работ. Сами понимаете, что частенько тут голова - и время - отнюдь не американской ПРО заняты.
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments