Самая характерная особенность переживаемого момента
в моей жизни состоит в том, что от меня уже ничего не зависит. Ну, то есть, я могу, конечно, совершать какие-то небольшие разумные шаги и удерживаться от откровенно неудачных, но, по большому счету, что там со мной будет, определяется теперь действиями других людей, не моими.
На основном своем месте работы я в предыдущие два академических года имел два присутственных дня в неделю; теперь их четыре с половиной. На дополнительном месте работы мне в этом календарном году платили раза в три-четыре меньше, чем в прошлом, так, в среднем. В федеральном парламенте рассматриваются законы, по которым за обычные для меня, на протяжении последних десяти-пятнадцати лет, действия обещают давать двадцать лет тюрьмы.
Научно-писательские проекты, за которые я пытаюсь сейчас браться, поражают своей скромностью; научно-карьерные -- авантюризмом. По опыту моих двух-трехгодичной давности попыток подавать статьи в престижные журналы можно, думается мне, судить о том, какой ответ могли бы ожидать мои нынешние попытки искать престижных научных позиций за границей. На 99% непрестижных мне делать нечего; и я понятия не имею о способах выделения оставшегося 1%.
У меня кончаются силы, кончаются деньги, и кончается время. Мне кажется, мой случай неплохо подходит для демонстрации последствий, к которым приводит определенный класс жизненных стратегий, или, говоря шире, определенного рода отношение к жизни. Развитие событий покажет, какого рода последствия Всевышнему будет угодно в данном случае продемонстрировать.
На основном своем месте работы я в предыдущие два академических года имел два присутственных дня в неделю; теперь их четыре с половиной. На дополнительном месте работы мне в этом календарном году платили раза в три-четыре меньше, чем в прошлом, так, в среднем. В федеральном парламенте рассматриваются законы, по которым за обычные для меня, на протяжении последних десяти-пятнадцати лет, действия обещают давать двадцать лет тюрьмы.
Научно-писательские проекты, за которые я пытаюсь сейчас браться, поражают своей скромностью; научно-карьерные -- авантюризмом. По опыту моих двух-трехгодичной давности попыток подавать статьи в престижные журналы можно, думается мне, судить о том, какой ответ могли бы ожидать мои нынешние попытки искать престижных научных позиций за границей. На 99% непрестижных мне делать нечего; и я понятия не имею о способах выделения оставшегося 1%.
У меня кончаются силы, кончаются деньги, и кончается время. Мне кажется, мой случай неплохо подходит для демонстрации последствий, к которым приводит определенный класс жизненных стратегий, или, говоря шире, определенного рода отношение к жизни. Развитие событий покажет, какого рода последствия Всевышнему будет угодно в данном случае продемонстрировать.